Есть удивительный вид спортивного патриотизма. Он проявляется не тогда, когда твоя сборная играет, а тогда, когда она вообще никуда не попала — зато можно часами рассказывать, как должны играть другие.

Российские спортивные комментаторы вдруг открыли в себе неудержимую любовь к чемпионату мира. Студии сверкают, интонации дрожат от восторга, эксперты с видом футбольных пророков объясняют, почему левый защитник Парагвая недоработал при стандарте, а тренер Марокко ошибся с заменами. Слушаешь — и кажется, будто отечественный футбол только что выиграл три мировых первенства подряд.

Но есть один маленький нюанс.

Право с таким вдохновением комментировать мировой футбол они получили лишь потому, что на турнире отсутствует сборная, название которой произносить нельзя. Представьте себе этот парадокс. Еще недавно многие эфиры были посвящены вовсе не футболу, а бесконечным политическим декларациям, поиску скрытых смыслов и рассказам о том, как спорт «вне политики», особенно когда очень хочется поговорить именно о политике.

Теперь же — чистая игра. Газон, мяч, прессинг, высокий блок, ложная девятка. Какая неожиданная роскошь.

Создается впечатление, что комментаторы испытывают почти детское счастье: наконец-то можно просто вести репортаж, не опасаясь, что на поле появится команда, существование которой разрушает привычную телевизионную картину мира. В эфире воцарилась идиллия. Ни неловких пауз, ни вынужденных эвфемизмов, ни попыток объяснить зрителю очевидное так, чтобы начальство осталось довольно.

Самое забавное, что футбол от этого нисколько не изменился. По-прежнему побеждает тот, кто лучше играет, а не тот, о ком громче рассказывают в студии. Мяч все так же равнодушен к редакционной политике. Он не знает, какие методички сегодня актуальны, и упорно летит туда, куда его ударили.

Телевизионный восторг выглядит почти трогательно. Люди, годами убеждавшие аудиторию, что спорт — лишь приложение к геополитике, вдруг обнаружили, что девяносто минут можно говорить о передачах, офсайдах и стандартах. Оказывается, это и есть работа спортивного комментатора.

Кто бы мог подумать.